На протяжении многих лет идея «восходящего глобального Юга» и «угасающего Запада» служила основой геополитических мечтаний и разочарований. В этой картине группа стран БРИКС — Бразилия, Россия, Индия, Китай и Южная Африка — играла роль предвестника нового, более справедливого мирового порядка, в котором Америка и Европа больше не занимают доминирующее положение. Но сегодня, спустя 15 лет после основания объединения, от этого идеала осталась лишь тень.
Рио без лидеров: отсутствие Путина и Си как символ распада
Запланированный на ближайшее воскресенье саммит БРИКС в Рио-де-Жанейро уже называют «встречей отсутствий». Президент России Владимир Путин не приедет — его официальный представитель объяснил это «определёнными трудностями», связанными с ордером на арест, выданным Международным уголовным судом (МУС) за депортацию украинских детей с оккупированных территорий. Поскольку Бразилия является членом МУС, её власти обязаны были бы арестовать российского лидера — и даже дружественный тон не избавил от этого юридического конфликта.
Не будет в Рио и Си Цзиньпина — что ещё более показательно. Это первый случай с момента его прихода к власти в 2013 году, когда глава КНР пропускает саммит БРИКС. Формально — из-за конфликта в расписании. Неофициально — как пишут индийские и бразильские СМИ — в Пекине недовольны тем, что премьер-министр Индии Нарендра Моди получит на саммите почётный приём и ужин с участием президента Бразилии Лулы. Это уязвило самолюбие Китая, стремящегося к статусу неформального лидера объединения.
От глобального Юга — к китайскому диктату
Когда БРИКС создавался в 2009–2010 годах (изначально без Южной Африки), он воспринимался как альтернатива западному доминированию — особенно американскому. Эта идея сочеталась с популярной в интеллектуальных кругах Запада самокритикой: мол, американская «высокомерие» заслуживает коррекции, и новые глобальные силы — от Китая до Бразилии — смогут предложить более справедливую модель.
Но как указывает Neue Zürcher Zeitung (NZZ), от этого «нарратива прогрессивной эмансипации» осталась лишь оболочка. Реальность оказалась совсем иной: выросла не группа стран, а лишь одна — Китай. Причём это авторитарное государство, всё больше подчиняющее БРИКС своей повестке.
И если раньше БРИКС был «символом» многополярности, то теперь — скорее инструмент Китая в его конфронтации с США. Россия, ослабленная войной в Украине, стала младшим партнёром. А та модель «нового мира», которую продвигают Пекин и Москва, по мнению западных наблюдателей, совсем не выглядит более справедливой.
Иллюзия антизападного блока
Западная тревога о возможном формировании антизападного альянса БРИКС — с Китаем и Россией во главе — во многом основана на проекции страхов, а не на реальности. Как подчеркивает NZZ, БРИКС не представляет собой цельного блока. Внутри группы — масса противоречий.
Индия, например, сохраняет стратегическое партнёрство с США, несмотря на недавние трения. Она враждебно относится к сближению Китая, России и Пакистана — что воспринимается в Дели как прямая угроза. Присутствие Индии в БРИКС объясняется лишь стремлением быть «при столе», когда принимаются важные решения.
Бразилия и Южная Африка, хоть и время от времени критикуют США, остаются частью западноцентричной мировой системы. Их экономические и политические интересы глубоко завязаны на Вашингтон.
Новые члены — не союзники, а соперники
Расширение БРИКС, активно продвигаемое Китаем, оказалось двойственным шагом. В январе 2024 года в группу вступили Саудовская Аравия, Египет, ОАЭ и Иран. Из них лишь Иран по-настоящему разделяет антиамериканскую позицию Пекина и Москвы.
Однако Иран сегодня — «лишь тень былого». После серии точечных атак Израиля и жёсткого ослабления инфраструктуры, режим в Тегеране утратил значительную часть своего регионального и военного влияния. Несмотря на союз с Пекином и экспорт почти всего иранского нефти в Китай (в обход санкций), в решающий момент ни Пекин, ни Москва не пришли Тегерану на помощь. Даже Россия, производящая дроны по иранским лицензиям, предпочла остаться в стороне.
Что касается Саудовской Аравии и ОАЭ — они зависят от безопасности, которую им гарантируют США. А Эр-Рияд и вовсе остаётся одним из главных противников Ирана на Ближнем Востоке.
Разногласия уже на поверхности
Недавняя встреча глав МИД БРИКС в апреле 2025 года стала символом внутренней дезорганизации. Даже согласовать общее коммюнике не удалось. Китай хотел включить в текст жёсткую критику американской торговой политики. Остальные страны отказались. В итоге бразильское председательство смогло только озвучить расплывчатый призыв к «многосторонней торговой системе» — даже не упомянув США.
Такой результат ясно демонстрирует: БРИКС утратил роль политического рупора альтернативной модели мира. В отсутствие Путина и Си это становится ещё более очевидным.
Кризис идентичности
Внутри БРИКС всё чаще звучит не единый голос, а разнородный хор. Организация превращается в пестрый клуб стран с разными интересами, иногда — противоположными. Китай ещё способен задавать направление — но и его доминирование наталкивается на сопротивление.
Отказ Си Цзиньпина лететь в Рио де Жанейро — это сигнал: даже главный идеолог объединения начинает сомневаться в его жизнеспособности. Без личного присутствия лидеров, которые исторически задавали тон — Путина и Си, — саммит превращается в формальность. А вместе с этим уходит и иллюзия, что БРИКС может быть организованной противовесной силой западному миру.
Сегодня БРИКС — не альтернатива глобальному порядку, а скорее зеркало его сложностей и фрагментации.
Настоящая статья была подготовлена на основе материалов, опубликованных Neue Zürcher Zeitung. Автор не претендует на авторство оригинального текста, а представляет своё изложение содержания для ознакомительных целей.
Оригинальную статью можно найти по ссылке здесь.
Все права на оригинальный текст принадлежат Neue Zürcher Zeitung.
